Лянкэ: "Либерман поздравил меня первым"

28 decembrie 2009
Дошёл до нас слух, что на недавней встрече руководителей внешнеполитических ведомств в Афинах глава молдавского МИДЕИ Юрие Лянкэ познакомился со своим израильским коллегой Авигдором Либерманом. Подумал: неплохой повод взять интервью у нашего нового министра. Он охотно согласился, сразу вспомнив, что мы давно знакомы. Лет 20 назад руководство Минпроса решило переехать из Дома правительства, но на третьем этаже оно забыло в одном из своих кабинетов редакцию учебно-методического издания, в котором я в ту пору работал. Место нашего министерства тогда временно занял МИД, сотрудником которого был Юрие Лянкэ. Так мы и оказались соседями. Будущий министр к нам захаживал: «Хорошо помню, что кабинет вашего педагогического журнала был, наверное, единственной в правительственном здании площадкой для жарких, но корректных дискуссий».

– Шутят, что в России к власти пришли «питерские», а у нас – «ясские». А в прессе недавно проскочило, что Вы – выпускник МГИМО. Однако в этот суперпрестижный московский вуз просто так, наверное, и документы не принимали? Нужно было направление из республики?

– Разумеется. Точнее – из ЦК партии. Мой отец, учитель математики и физики, полгода регулярно ездил из Чимишлии в Кишинёв, обивал высокие пороги и, наконец, получил нужную бумагу. Спустя пять лет, когда я (после института) работал в МИДе, услышал, как мой сосед по кабинету позвонил знакомому в ЦК и уже после обеда получил для своего человечка вот такое направление. Мне стало обидно. Подумал: если от меня хоть в какой-то мере это будет зависеть, такую несправедливую систему надо будет изменить.

– Ваша карьера складывалась довольно успешно…

– Можно считать, до какого-то момента – да. Я был советником-посланником в США (ministru-consilier), затем – послом по особым поручениям по евроинтеграции. И стал одним из горячих сторонников этого курса. В 2001-м ушёл в отставку с должности первого заместителя министра: сменились власть и приоритеты. После пяти лет учёбы в МГИМО и 15 лет работы уходить было нелегко: я не представлял себе, что есть жизнь вне МИДа! Оказалось, есть, и очень интересная.

– И вот Вы вернулись. Что застали в родных стенах?

– Удручающую картину. Вот хотя бы такой характерный штрих. Иду по коридору – все каменеют и становятся вдоль стенки. Это мои коллеги! Я не за панибратство, но тут людей приучили к чинопочитанию, к тому, чтоб боялись. Вот и участвующего в нашей беседе пресс-секретаря Валериу Туря постоянно уговариваю: расслабься. Он – и мой коллега, и Ваш коллега, мы давно знакомы. Но всё равно, заметьте: Валериу несколько напряжён, и с остальными – та же история. Судите сами, можно ли назвать европейским прежний стиль руководства?

Возвращаю в штат кадровых опытных сотрудников, которых, на мой взгляд, несправедливо отодвинули. Уже подбирается профессиональная команда. Ротация касается и послов, многие из них были назначены по совершенно непонятным принципам. Эту византийскую систему мы поломаем. Будет прозрачный конкурс кандидатов, победителя выявит комиссия – и мотивы нового назначения будут ясны всем окружающим.

– Насколько я понимаю, действует всё же какой-то алгоритм назначений, правящая коалиция будет на Вас давить. Далеко не обо всех руководящих кадрах других министерств можно сказать, что пришли крутые профессионалы…

– Я не хочу сравнивать наше министерство с другими! Единственное, что хочу отметить: в формировании профессиональной команды я чувствую постоянную поддержку премьер-министра и по этой позиции нахожу у него полное понимание.

– Новую власть не без оснований упрекают в мононациональности. Скажите, мог бы, к примеру, наш Александр Пинчевский (хотя понятно, что он свой бизнес не променяет на фрак дипломата) претендовать на освободившийся пост посла Молдовы в Израиле? Со знанием языков у него всё в порядке…

– Тут два вопроса. Существует так и не решённая до сих пор проблема интеграции нацменьшинств в наше общество. Я пытался говорить об этом в период предвыборной кампании, но, увы, был неправильно истолкован и неверно понят. На мой взгляд, нужно внедрять элементы двуязычного образования, так как это практикуется в других европейских странах, – с тем, чтобы представители нацменьшинств одинаково хорошо владели как родным, так и государственным языком. Тогда в дальнейшем у них не будет никаких проблем с поступлением на госслужбу и с карьерным продвижением. Выпускник школы не останется у себя в Тараклии, потому что в Кишинёве ему ничего не светит, а поедет завоёвывать столицу.

– Почему именно в Тараклии?

– Ну, для примера. А вообще у меня мать – болгарка. Поэтому и я не такой уж «мононациональный». Когда-то неплохо знал болгарский, но и сейчас понимаю этот язык… Так вот, об интеграции представителей нацменьшинств – тут мы не должны изобретать велосипед. В Европе разработаны проверенные временем эффективные методики. Я знаю об этом не понаслышке: работал в Гааге в Верховном комиссариате по делам нацменьшинств. Кстати, в Афинах недавно встречался с Верховным комиссаром, говорил с ним на эту тему, и он обещал нам всяческую поддержку. Опираясь на европейский опыт, можно выработать стратегию такой гармоничной интеграции…

Теперь – от общего к частному. Я сторонник того, чтобы в системе МИДа работали всё-таки профессионалы, получившие соответствующее образование, поэтому дело не в фамилии конкретного человека, которого Вы мне назвали, не в национальности и даже не в его партийных симпатиях. Предвижу ваш возможный контраргумент – например, бывший посол в Израиле Лариса Микулец. Да, я знаю, что она работала успешно, была в хороших отношениях и с израильским истэблишментом, и с аккредитованным там дипкорпусом, и с земляками. Значит, сейчас, когда её каденция закончилась, мы должны подобрать кандидатуру, которая, по крайней мере, не хуже, а если удастся, то и лучше. Разумеется, с обязательным свободным английским.

– С Авигдором Либерманом Вы познакомились только в Афинах?

– Лично – да, но он первым по-звонил и поздравил меня с назначением. Я поблагодарил и сказал: «Теперь у Молдовы два министра иностранных дел – Вы и я. Мне кажется, что мы оба понимаем всю меру этой высокой ответственности». О чём говорили в Афинах? Конечно, о дву-сторонних связях, о совершенствовании правовой базы, касающейся пребывания наших граждан на Земле Обетованной и израильтян у нас, об увеличении объёма торговли, о привлечении израильских инвестиций в молдавскую экономику... Считаю, например, что израильский хай-тек, чьи успехи общеизвестны на мировом уровне, мог бы прийти к нам… Надеюсь, весной удастся организовать встречу на уровне министров или даже премьер-министров наших стран.

– Не могу не поинтересоваться Вашим мнением о воскресном инциденте с антисемитской атакой на Ханукию в центральном парке…

– Во-первых, позвольте, несмотря на случившееся, поздравить вас с продолжающимся праздником Ханука. Во-вторых, по поводу данного неприятного инцидента в нашем раздвоенном, поляризованном и политизированном обществе, кажется, нет двух мнений. Даже газеты, которые любое событие обычно оценивают по-разному, единодушно осуждают действия экстремистов. Уже в понедельник утром, когда встретилось руководство правительства, мы обсудили эту тему и, разумеется, крайне негативно оценили акт нетерпимости и вандализма. (Что однозначно отражено в заявлении правительства.) Считаю, что и по этому поводу, и в связи с появлением антисемитской наглядной агитации, размещённой напоказ у входа в церковный приход, должны своё веское слово сказать правоохранительные органы.

Небольшое лирическое отступление, которое, наверное, уместно в беседе с редактором еврейского издания. Как я уже сказал, мы жили в Чимишлии. Отец – учитель, мать – фельдшер. Они, естественно, дружили с соседями-евреями. Мне, честно говоря, не очень хотелось напряжённо учиться, а отец заставлял меня, чтоб я ещё и музыкой занимался, и спортом, и многим другим. Помню, часто бывал у соседа Миши Иониса. Там играли на фортепиано, царила атмосфера уважения к знаниям и культуре. Меня это подзаряжало, побуждало учиться. Положительный пример сверстника очень важен.

Уже работая в Вашингтоне, я купил и прочёл книгу «История еврейского народа». Запомнил один тезис. Когда-то в Испании еврейские мудрецы вели долгий спор о том, что важнее: учиться или делать деньги? Пришли к выводу – всё же учиться: хотя бы потому, что учёный человек сумеет себя обеспечить и заработать больше денег, чем малограмотный. Отношение евреев к книге, их умение выжить вопреки всем гонениям и трудностям, огромный вклад в мировую культуру и науку – всё это достойно уважения.

– Спасибо за добрые слова и за беседу, успехов Вам!

Расспрашивал
Илья МАРЬЯШ.

10 comentarii:

Dragoş Galbur spunea...

Oare va continua tot aşa mai departe dezamăgeala mea în aceste persoane? Ce dracu poţi să ai cu spurcatul şi mafiotul de Liberman, care este fratele de cruce a lui Tcaciuc?! Păcat !

Марк Ткачук spunea...

Вот, вот, и я о том же :)

Dragoş Galbur spunea...

dute băi şi tu în sulă !

Anonim spunea...

Jidofaşişti şi francomasoni îs toţi

Igor Caraman spunea...

Sincer, undeva de vreo luna nu ma mai mira nimic absolut in toate gafele si exagerarile facute de noua guvernare. Acum chiar ca imi este absolut paralel de ceea ce se petrece in asa numita politica a RM.

Andrei Cebotari spunea...

Ei nu ma mira nimic din astea...Daca va arata asa ceva Tanase sau Filat ap bagami-as!(((((((

Andrei Creacico spunea...

Să vă uitaţi atent dacă Filat merge la vreo întâlnire politică fără Leancă vreodată :)

absolvent USMF spunea...

Imi place fraza cindva stiam si eu Limba Blgara,dar acum o inteleg un pic. Rusine de asa ministru care a uitat limba in care vorbea maicasa!

VIL spunea...

Te credeam mai destept Dragos, insa dai dovada de un antevreism primitiv. Cu asa mentalitate evreii intodeauna ne vor aa la degetul mic ;)

Dragoş Galbur spunea...

VIL, unde vezi tu antievreism la mine?! Spuneam ca jidanul de Liberman si Tcaciuc sunt prieteni foarte buni, iar la momentul de fata Tcaciuc e inamicul nr. 1 in Moldova. Poti sa ma crezi cum vrei, prost destept ca oricum eu parerea nu mi-o schimb.

Trimiteți un comentariu

:)) ;)) ;;) :D ;) :p :(( :) :( :X =(( :-o :-/ :-* :| 8-} :)] ~x( :-t b-( :-L x( =))

Administrația site-ului vă îndeamnă să folosiți un limbaj decent în discuție: